Из жизни вязальщицы: валяных тапочек не будет!

Показала подруге фотографии своих свалянных тапочек, хотела похвалиться, чем я тут занимаюсь, как наступили холода. В общем, ей понравилось, ничего так, носить можно. Рассмотрев фотографии поближе, она сделала мне открытие: „Так там  все петли видно! Они что, вязаные?! Как носки?“ А тапочки, к слову сказать, были представлены именно как „связанные и свалянные“, но выражение „свалянные тапочки“ рождает образ привычных тапочек из войлока, что-то среднее между валенком и шляпкой, но на подошве. Этот образ, само собой, нагляднее, чем „вязаные тапочки“: „А что это вообще? А зачем тапочки вязать? А что, нормальные тапки не продаются?“.

Общение с невяжущими подругами и друзьями приносит большую пользу. Все они видят изделие целиком, не „расчленяя“ на технику, в которой вязалась вещь, ничего не ведая о происхождении ниток: перуанская альпака, исландская лопи, новозеландская овечья, шотландка,  ангора из Турции и другие красивые и теплые слова, и тех образах, которые себе представляла мастерица, подбирая узор. Максимально, что себе представляют невязальщицы и невязальщики – это спицы в руках у бабушки и обязательно с носком. Или не у бабушки, но заметьте, носок всегда готов.(Giller Jury,  источник: http://www.urnews.ca/2010/09/knopf-knitting/)

Поэтому вопросы, которые они мне задают, очень ценны. Так я лучше понимаю, как могут видеть – именно видеть – сделанные мной вещи люди, далекие от рукодельных искусств и ремесла вообще.

Мои придуманные рукодельные образы часто не совпадают с тем, что привычно для других, что не вызывает вопросов и потому нет отторжения: варежки вязаные, перчатки кожаные, тапочки из войлока, носки зимние и носки летние. И снова заметьте, что не все говорят, что они из хлопка или из шерсти. Свитер, само собой, теплый, а платок пуховый оренбургский! А что из чего сделано, как оно сделано, то, как правило, малопонятно, да и  вроде бы и незачем все знать. Логично! Ведь как устроен компьютер я не интересуюсь, мне, главное, чтобы работало. Кстати, именно поэтому так просто вводятся в заблуждение несведующие покупатели, когда им продают зимние носки из полиэстра с остатками шерсти, „тёплый свитер“ из полиакрила, а оренбургский платок  из кролика.  Одеть все это „теплое и натуральное“, когда на улице минус 20 и спросить: „Тепло ли тебе девица?“. Не подведет только кроличий платочек, пока не вылезет весь пух или до первой стирки.

Продолжаю о тапочках. Я сделала слабую попытку объяснить, что тапочки я сначала вяжу, а потом валяю. И тогда мне был задан еще один логичный вопрос: „А зачем? Ты вяжешь носок или что-то вроде того и потом его валяешь? То есть, это выходят как бы не настоящие тапочки. А что, просто связать и носить носки  – хуже? Или можно просто свалять тапочки, зачем еще вязать?“ И подруга права! Уйма времени на вязание,  а потом еще и валять.

„Да, – подумала я , – а зачем?“  Толстые носки есть, и мои ножки в них просто души не чают. А свалянные следки, которые я назвала тапочками, все-таки не чешки, чешки ведь из замши и обязательно тонкие – это для меня более теплый и износоустойчивый вариант толстых носок. Такие следочки-тапочки обладают свойствами войлока: в них ножкам будет комфортно, потому что всегда тепло и сухо.  Промочить или испачкать такую вещь можно только если делать это нарочно: потопить сухие тапочки в тазике с водой не так-то легко, почистить небольшое загрязнение можно быстро без особых затрат, по сухому или мокрой тряпочкой. А чтобы такие „одёжки на ножки“ не скользили, я пришью к ним еще подошву из замши.

Мои объяснения о свойствах „вязаного войлока“ были не совсем убедительными. Так, что я решила во избежание разочарований называть свои тапочки все же вязаными следочками или вязаными тапочками, или просто чунями.  А то подаришь вещь, и пойдут вопросы „А где же свалянные тапочки?“

Schreibe einen Kommentar

Deine E-Mail-Adresse wird nicht veröffentlicht. Erforderliche Felder sind mit * markiert.